Сара прибыла в Ройсию. И сразу отыскала Эржен и Килис. Девочки сказали, что её территории целы на Севере. Но вот на Юге ситуация складывалась сравнительно хуже.. переговорив с Эржен, Сара передала ей пять очищенных даомарок.. на всякий случай и вместе с Леоном отправилась на юг.
Было три места, откуда можно было начать борьбу. Ее посетила мысль, что белизна может быть активнее там, где было убито больше существ... возможно, даже не просто убито, а именно выпито Войной вместе с их душами. Ведь тогда жизнь в этом месте как будто бы стёрли, что, наверное, очень близко к забвению. И она направилась в место, наиболее соответствующее этому предположению - разрушенный город Замирот. Бывшая жемчужина юга. Леон взял с собой отряд из пяти церберов.
И девушка не ошиблась.. Когда они направилась туда, то сразу увидели, что руины города захвачены белизной.
- Попробуем зачистить... - обратилась Сара к Леону.
- Каков план?
- Начнём с ближнего края... попробуем выжечь нечестивым пламенем, добавим энергию... я хендо, ты космическую...
- Хорошо, - Леон кивнул и подготовил мощное заклинание, в которое вложил космическую энергию.
Они начали зачистку и вдруг услышали жуткий рёв.. И энергия космоса, и хендо жутко не нравились местныи тварям... Сара слышала, что от её энергии они буквально воют. Она заметила в белизне множество существ.. самых различных. Но одно касание хендо и они начинали разрушаться. Хендо изменяет, но оно же и хранит память, не давая всему угаснуть.
С Леоном и отрядом они очистили четверть города... Но следом из-под застройки поднялся огромный белый скелет. Он заревел, а в центре его черепа открылся красный глаз. Выглядело это жутко и довольно.. Пугающе. Особенно после того красного глаза на картах в кабинете архимастера!
- Вот это тварь, - спокойно произнёс Леон.
Сара сглотнула и вложила хендо в великие стрелы огня нечестивого пламени. Она метила скелету прямо в красный глаз.. на белом фоне он горел подобно красной мишени.
Вместе с Леоном, с большим трудом, они смогли уничтожить скелета, его бойцы уничтожали меньших тварей... Этот город начал тяжело дышать..Сара насторожилась и применила чутьё нечестивой природы, стараясь понять, насколько сильно - не только вширь, но и вглубь - разрослась белизна. И.. Как ржавчина, она прониклась довольно глубоко, и если ничего не сделать, то явно будет пытаться там скрыться..
- Леон, белизна уходит вглубь... это плохо... я могу попытаться сделать что-то вроде удерживающей сети из корней нечестивой природы и хендо... может занять некоторое время. Прикроешь?
Сара почувствовала, что там под землёй есть... нечто.. и от этого нечто пробирали мурашки.
Девушка вложила даомарку созидания и осквернения, пытаясь придать энергии хендо свойства скверны - заражения и саморазрастания - чтобы изменчивость разрасталась вглубь подобно мицелию. Ее заклинание очертило границу этой зоны отчуждения белизны. Леон же сдерживал споры и прочую дрянь, что на них пыталась наслать эта белая мгла... Но после та будто бы остановилась. Прямо посередине города из тёмной дымки вышла девушка с красными волосами, красными глазами... и красным глазом посередине лба... Саре показалось, что она очень похожа. На неё..
- Мертвые должны быть забыты, чтобы они не приходили к живым.
Сара вышла вперёд, прикрывая собой Леона.
- Если ты забытая версия мертвой меня из иной временной линии... тогда почему ты здесь? И почему всё ещё похожа на меня, а не на белого искажённого монстра? Неужели забвение сохранило в своей памяти мой образ? Как лестно... - Сара прищурилась. - он ведь стирает личность, вместе с памятью о ней. Эта сила... как будто бы берёт свой исток в изменчивости памяти и всего вокруг, не думаешь? Правда, ваша белизна меняет, как скверна... безвозвратно. В этом есть своё несовершенство. А значит, ты не я... а лишь существо, принимающее схожий облик... подобно отражению на воде. Ты есть... пока я не брошу камушек.
Сара оделась в доспехи трансмутации защиты формы и простенький доспех жизни.
Другая Сара зарычала.
- Тебя не должно существовать!
- Нет. Я должна была родиться. Я должна была выжить и дать жизнь своим детям. Сплетение моей смерти и смерти моих родителей - это решение чужой воли. Стремление изменить мою судьбу в угоду своего возвышения.
- Ты забыла родителей и их жертву. Ты. А не я. Ты - предала их!
-Я добровольно отдала кусочек самой драгоценной памяти своей Госпоже... преподнесла ей самое ценное, что у меня было... память о своих родителях. Ведь кто, как не Госпожа, может понять меня и ту чистую и незамутненнаю любовь ребёнка к своему родителю? Мои родители не были преданы вечному забвению... ведь я узнавала их из рассказов тех, кто их знал. Мой брат не забывал их. Моя воспитательница помнит их. И я видела их во сне... их образы всё ещё есть в моей памяти. Даже забытое можно обратить, пока живы все, кто помнит.
Леон выступил вперёд.
- Память - это то, что отличает живого от мёртвого. То, что забыто - мертво. Когда люди умирают - живут их деяния. Забывать их - значит предавать не только их, но и самих себя. Ведь мы рождены из деяния Любви наших родителей!
Другая Сара взъярилась - они почувствовали жуткой силы концептуальную атаку на саму их память.
Сара мотнула головой, пытаясь изгнать липкие, скользкие образы, сплетённые из её уныния и апатии. Она чувствовала, как они проникают в её голову, пытаясь выскрести её память... память о её ЖИЗНИ.
«Вы уже мертвы» - услышала голос внутри себя.
- НЕТ! Я ЖИВА!! И БУДУ ЖИТЬ, И ПРИУМНОЖАТЬ ЖИЗНЬ! В рождении или спасении, в лечении или смерти врагов моих... всегда...
Сара попыталась побороть атаку и зацепиться за энергию хендо, которая позволяла ей чувствовать себя живой даже в этом безумном и жестоком мире. Попыталась выплеснуть её вокруг себя, окружить ею Леона и его отряд... чтобы и они выжили.
Девушка цеплялась за мысли о рождении своего первенца - её Падпу, такой маленькой крошки... её ручка была такой крохотной, с чёрными ноготками, сжимающая мизинец. За чувство любви к своему мужу. За тот солнечный день, когда она сидела с младшими детьми под вишней. За глаза взиравших на неё людей, что в своём сердце отпускали обиды и прощали своих обидчиков... здесь, в Ройсии... ради жизни этого мира. И вдруг она оказалась в полной темноте и тишине.. нагая, стыдливо обнимаяющая изможденное тело тонкими руками. Тишина давила.. Холодная и липкая..Она была невыносимой, как и одиночество. Чувствуя последние остатки тепла в своей груди, девушка тихо и робко запела, пытаясь отогнать пустоту:
-Уж.. сколько.. их.. Упало.. в эту бездну.. разверстую вдали.. Настанет день, когда и я исчезну с поверхности земли. Застынет всё, что пело и боролось, сияло и рвалось: цвет глаз моих, и нежный голос, и алый цвет волос. И будет жизнь с её насущным хлебом, с забывчивостью дня. И будет всё - как будто бы под небом и не было меня! Изменчивой, как дети, в каждой мине и так недолго злой, любившей час, когда дрова в камине становятся золой, виолончель и кавалькады в чаще, и колокол в селе… Меня, такой живой и настоящей на ласковой земле! К вам всем, что мне, ни в чём не знавшей меры, чужие и свои?! Я обращаюсь.. с требованьем веры! И с просьбой.. о любви... И день и ночь, и письменно и устно: за правду - да и нет, за то, что мне так часто слишком грустно и только двадцать девять лет, за то, что мне прямая неизбежность - прощение обид, за всю мою безудержную нежность и слишком гордый вид, за быстроту стремительных событий, за правду, за игру... Послушайте! Ещё меня любите за то, как я умру...
Пространство разорвал пронзительный крик. Не ее.. а другой Сары.. Под воздействием хендо тварь, прикрывавшаяся её лицом, начала распадаться... Сара вырвалась из пучины и увидела белизну внутри своего двойника. Склизкую и омерзительную. Она была соткана из эмоций... той Сары, что канула в лету. С жаждой всё забыть... Но её хендо изменяло их... Слова о родителях попали в точку. И просьба любви... Леон тоже любил одну женщину до сих пор. И память о том согревала его.
Другая Сара была отброшена, гулко рыча. Память и изменчивость - было верным оружием против покрывала забвения.
- Наполни себя воспоминаниями, Леон. Хорошими и плохими, ведь вся память есть жизнь и твой жизненный путь... Это твой личный след в этом мире... но это и не всё. Жизнь должна продолжаться, чтобы воспоминания твои, о тебе, обо всём стало больше... мы меняемся с момента нашего зачатия. Меняемся с момента рождения и на протяжении всей жизни... физически и духовно... и мы меняем своё окружение. Меняем свою судьбу... из любви к жизни... нашей, наших близких, товарищей, обычных людей...
Глаза девушки наполнились слезами. Она помнила все те дни, когда ради будущего отдавались жизни... когда тысячи душ золотым потоком устремились вверх…
- Анжей и Сири, Арс, Мила, Гиалд, Ирбекс, Даркан, Эрбокс, Варик, Робар, Терракс, Грейта, Алтея, Алис, Сарит, Ярополк, Молхайм, Лютер и София... - Сара перечисляла имена всех, кого знала, кто шёл вместе с ними, кто погиб ради их общей цели. Она собирала сгусток хендо и вкладывала в него даомарки жертвы.
- …Рей... Мальен... и Кувир! Никто из них не забыт... и ничто не будет забыто!
Девушка отправила этот поток в порождение забвения. И вдруг вспомнила одну фразу:
«Поглотят ли мёртвые живых?». Каков же будет её ответ?
- Ответ сегодня - НЕТ! Даже поосле затмения всегда следует ясное небо!
Тёмная дымка рассеялась. Сара увидела четыре белых квадрата, а «не-Сара» заверещала... Память разрушала их.
Длань вложила золотой эннойский огонь в эту атаку... и узрела пустую оболочку, что скрывалась под не-Сарой. Просто забывшая всё, отдавшая всё, что было, забвению... Вот оно какое. Миг - и белизна распалась. Они вновь оказались в дышащем городе. А злая Сара приняла иную форму.. монстра с красными волосами.
Девушка продолжала атаковать ее хендо, вкладывая даомарки жертвы и вспоминая свою жизнь и близких. Она вспомнила всех, кем дорожила и дорожит... Свой путь от Лостемира до двух вторжений Бездны... Все эти лица проносились в её памяти как кинолента. Леон тоже вспоминал - как тех, кому по его приказу срубили голову, так и тех, кого он возвысил из нищеты... Атака хендо загорелась огнём энноев и принесла твари жуткие увечья... Миг... и существо распалась окончательно. Дышащий город начал покрываться трещинами.
Сара отдала приказ вслух - очень громкий, на весь мир Ройсии, и мысленный, стараясь донести его эхом по связи с Госпожой до всех членов внутреннего круга, рабов божьих и до кого дотянется:
- Вспомните! Всех... всех близких - живых и забытых. Товарищей. Героев. Врагов. Всех... кого видели в жизни, кого любите и ненавидите, кого потеряли или убили. Посмотрите в лица тех, кто окружает вас, и запомните их... Кто не сражается - молитесь и поминайте... Этот день станет днём нашей памяти.
И она продолжила собирать эту энергию, смешивая её с хендо и дао жертвы… и белый город распался. Остались лишь обычные руины. Память сокрушила белизну вокруг, но сил ушло... очень много. Но, кажется, и остальная белизна в Ройсии ослабла. Однако девушка понимала, что будет проблематично продолжать сражение дальше. Ее мана и хендо почти иссякли... если только не стать маяком памяти.
Сара выдохнула, вытирая трудовой пот.
- Я отправлюсь в город... соберу людей и... проведём сеанс памяти, - длань улыбнулась Леону, - спасибо, что помог.
- Тебе спасибо, - Леон явно думал о чём-то своём.
Спустя время, девушка вернулась в населённый город Ройсии. На остатках маны, да и за счёт серёжки полета, она зависла над центральной площадью и громко объявила:
- Жители Ройсии... Сегодня я приглашаю вас собраться здесь всем вместе... Придите с тем, что хранит вашу память. Возьмите с собой старый платок или письмо дорогого человека. Игрушку, которую смастерил или подарил тот, кого вы любите. Просто камень с берега, где вы были и чувствовали себя счастливыми. Всё, что хранит ваше тепло и воспоминания. Мы не будем говорить о боли... нам не нужно сражаться магией и мечом... Мы будем делиться тем, что делает вас Вами! Вы расскажете о своих воспоминаниях другим, и вы станете частью их, а они - частью вас. Одновременно. Ваши истории станут нашим щитом. Ваши произнесённые вслух имена, имена ваших близких, станут стеной перед белизной забвения. Вы... именно вы в силах развеять эту пелену... вы и ваша память. Ваше желание нести в своей памяти тех, кто сражался, кто был вам дорог или кого вы не можете простить... Мы живы, пока жива наша память... Так поделимся же нашими воспоминаниями и создадим новые!
Сара начала первой.. Миг... и к этому ритуалу присоединились все остальные. Нечестивцы и небесные. Рилис, Килис и Эржен, местные бароны и тысячи жителей...
- Мертвые не поглотят живых..
Забвение желало, чтобы они забыли прошлое. Забыли тех, кого уже нет рядом. Чтобы судьба плела любые преступления без оглядки на волю людскую… Но... этого не будет!
Золотистая волна прошлась по миру... и белизна распалась. Сара не обладала этой силой - она лишь направляла память, скорбь и прощение целого мира. То, что превзошло забвение..
