Терракс подошел к гробу Императора и, склонив голову, встал перед ним на колени. Когти правой руки-крыла он аккуратно, слегка положил на край саркофага, надеясь, что это его не испепелит. Решив, что, пожалуй, в словах Алтеи есть смысл, он, закрыв глаза, начал мысленно вспоминать все события касательно Айни (начиная с первой встречи, её ярости от смерти матери) и Жатвы. Когда калейдоскоп воспоминаний, образов из них закончился, Терракс сосредоточился на своих чувствах. Он думал об Оре, о сожалении, что он никогда не сможет ответить ей взаимностью, если она полюбит его. Если есть место, подходящее для купания в жалости к себе, а может, и к ней, то это оно. И попытался в то же время нащупать ту симпатию, которую он ещё по-прежнему чувствовал к ней. Разобраться в том, что же это именно за чувство.
