[ Гостям не разрешен просмотр вложений ]
Сердце Длани Оры сжалось в сочувствии, когда она услышала, что передала Длань Сара. Неллайка вздохнула, и вышла на балкон. Мир снаружи был черно-белым, как и всегда. На черно-сером небе тускло поблескивали россыпи звезд, белым, серым, изредка - слегка золотистым. На сером камне балкона начал закрепляться серый плющ, светло-серые листья кустарника в горшке мало чем отличались от камня. Внизу шелестели на ночном ветру бледные травы и кипарисы над ними, сплетались между собой терновыми объятиями колючие белые и почти черные розы, поблескивали белые ивы подернутым легкой серостью серебром своих длинных листьев. Спали беспробудным сном Терри, Катя и Кайом, как и почти все остальные домочадцы. Только шум травы, шелест листвы, утробные вскрики выпи будоражили молчание ночи. Напротив балкона, среди рощицы, взгляд Оры мог различить темноту очертаний небольших зданий... Ее маленький некрополь. Там стояли статуи Рей, статуи двух детишек, мальчика и девочки... Там стояли и плиты и камни-алтари в честь Терракса и Гиалда, и в честь усопших братьев, сестер, родителей, деда, в честь Люта и Софи. А в траве между садом и некрополем могли бы играть... Ора видела как сейчас... Лик, столь жестоко явленный Владыкой Чисел, и лик той, что сама ушла из её жизни, той, что так убивалась, заставляя себя смотреть в прошлое, лишь бы вспомнить того, кого они потеряли... И сердце Длани сжалось вновь, в крепких объятьях старой знакомой - застарелой тоски с покрытой вуалью лицом. Слова поэта пришли на ум Оре сами. В странной антитезе тому, что творилось "снаружи", в Айнграде, Ариесе, мыслесвязи, женщина продекламировала мыслеслова медленно и размеренно. Потому что ей так хотелось, и потому что момент казался таким, что стоило его охладить.
"Только усталый достоин молиться богам,
Только влюблённый — ступать по весенним лугам!
На небе звёзды, и тихая грусть на земле,
Тихое «пусть» прозвучало и тает во мгле.
Это — покорность! Приди и склонись надо мной,
Бледная дева под траурно-чёрной фатой!
Край мой печален, затерян в болотной глуши,
Нету прекраснее края для скорбной души.
Вон порыжевшие кочки и мокрый овраг,
Я для него отрекаюсь от призрачных благ.
Что я: влюблён или просто смертельно устал?
Так хорошо, что мой взор, наконец, отблистал!
Тихо смотрю, как степная колышется зыбь,
Тихо внимаю, как плачет болотная выпь."
Сделав паузу, Ора продолжила:
"Айни, милая моя Хозяйка. Я не помню, что это такое - потерять маму. Но верю, что ты носишь это знание и за себя, и за меня. Потому что где-то в тебе всё ещё бьется мое первое сердце, столь же неверное, что второе, и столь же напитанное горем. Ведь разве не горе утраты всех, кто мне дорог, одного за другим, привело меня к этой жертве, к поиску спасения от ужаса удела жизни? И даже пусть я и позабыла то горе сама, я помню, каково терять друзей, терять любовь, и... Что такое... Утратить родное дитя, целиком, не только жизнь. Боль и Печаль сии... Страшны так, что лучше не пытаться облечь в слова и метафоры скорбь. Но как сменяются осени зимами, зимы - веснами, весны - летом, а лето - осенью, так и мы оставляем позади себя скорбь, чтобы жить вновь и дышать полной грудью.
Наши любимые - те, кто погиб из них - они не хотели бы тянуть нас назад, висеть на ногах наших путами, затягивая в могилу. Я не стану говорить, что надо оставить позади их навеки... Потому что знаю - да, если бы мне предложил вернуть сына Жатва, я бы с ненавистью отвергла его, но пусть кто иной, даже Владыка Зла, или Небожитель Зла, предложил бы мне то же - особенно, найти и выбить из Жатвы душу и тело моего ребеночка, и чтобы он вернул ему все, от чего он там его "очистил"... Я бы... Не знаю, как тяжело было бы мне. Я, наверное, никого бы не послушала, будь я независимой, как ты. И в Небытии, отвести тебя к твоей маме, была, кажется, моя идея. Встретить маму снова, живой - это было бы прекрасно. Но... Цена этого момента, даже если нас не обманет Ночь и ничего более не пойдет не так... Цена момента такова, что ты, и твоя мама, превратитесь в изгнанников и целей для охоты Небес и Ауреев, потому что ценой этого момента будет твоя помощь в Вознесении Небожительницы Зла. И прости, Айни, но пока ты не сможешь противостоять Желанию, Разрушению, Фантазии, Господарю Чуда... И путь твой окончится тем, что с мамой вместе ты либо встретишь быструю смерть, либо придется Пасть в Бездну, под юбку Местоблюстительницы, либо искать убежища у Жатвы Мира... Все, что ты строила, все, чего ты хотела добиться в жизни, оно пойдет прахом. Подумай сама - сколько слез тогда прольет твоя мама, слез горя? И не пожелала ли бы она тогда остаться мертвой, лишь бы ты, доченька её, кровинушка её, была сильна и взлетала в высь дальше, Фениксом, защищая себя, своих друзей, и бесчисленных смертных, обращаясь с ними, не как учил ненавистный Вескар, а как учила тебя она?.. Вместо того, чтобы Пасть в позоре с Небес, как только что предупреждал Желание, сгорая вместе со всем, что тебе дорого?"
